Вадим Леднев - Выстрел в водопад [СИ]

Рыба уставился на нее своими прозрачными пустыми глазами.

- А чо ты так разговариваешь, ковырялка старая? Я может, хочу проверить, не закрысятили вы тут шамовку, общественную?

- Что?.. - Варвара Петровна растерянно захлопала глазами.

- Конь в пальто! - объяснил ей Рыба. - Короче, тетки - мы сегодня у вас тут бакланить не будем, так что люди меня прислали, чтоб я нашу пайку забрал. Догнала, старая? - произнося эту зажигательную речь, он приблизился к буфетной стойке и увидел тушенку. - О! Я гляжу вы тут кучеряво живете! На обед кирзу с сухарями давали, а сами тушенку гасят! - он извлек из кармана джинсов, пластиковый пакет и тряхнул его расправляя. - Нас пятеро... значит по банке на рыло - это справедливо! - с этими словами он смахнул все банки в пакет и, усмехаясь, глянул на обалдевших от такой наглости женщин. - Чо бебики вылупили? Хлеб где? - он в упор посмотрел на Марину. - Хлеб, спрашиваю, где?

Та испуганно сглотнула и молча показала глазами в угол, где в картонной коробке, укрытые клеенкой, чтоб не засохли, лежали хлебные буханки. Рыба отдернул кленку, удовлетворенно цыкнул зубом и переложил из коробки в свой пакет две буханки. Приговаривая: "Будет, что на кишку бросить! О!.. кофееза!" - он сгреб с буфетных полок большую банку с растворимым кофе, коробку с чаем, несколько упаковок пряников и чипсов.

- Ты что ж это делаешь, оглоед?! - опомнилась, наконец, Варвара Петровна. - Это ж на всех были продукты! На ужин! А ну давай, выкладывай обратно! - она попыталась загородить ему дорогу.

- Не скесуй, старая! - Рыба легко отстранил ее и направился к выходу. Проходя мимо Марины, он откровенно заглянул в глубокий вырез ее блузки и ущипнул за талию.

- Гы... клевая телка!.. Сиськастая!

Девушка шарахнулась от него, судорожно застегивая пуговицы на груди.

- Да ты не очкуй, бикса! - Рыба сально подмигнул ей. - Заглядывай к нам! Мы пацаны веселые! Покноцаем, ливер подавим, а? В стирки пошпилимся. Гы... - помахивая пакетом, он вразвалочку, приблатненной походкой, направился к двери.

Еще не понимая, что делает, Майя внезапно сорвалась с места, обогнала его, и, подскочив к двери, закрыла ее на ключ.

- Положи продукты на место, гад!

Рыба остановился, недоуменно разглядывая неожиданно возникшее препятствие.

- Ты чо, мелкая, попутала? - спросил он почти ласково. - Ты тоже к нам заходи если что, я расокосеньких люблю. Ну-ка ключ давай!

Майя мотнула головой и по-детски спрятала руку с ключом за спину.

- Уйди от нее! - внезапно раздалось из угла.

Рыба удивленно обернулся. Кто там еще голос подает? Доселе отрешенный Юрик, словно очнулся и смотрел на "братка", мутным, злым взглядом. Тот усмехнулся и смерил взглядом его тщедушную фигуру.

- Это еще, что за хер с бугра?

- Я сказал, отойди от нее и жратву полож!

- Засохни, обсос! - посоветовал ему Рыба, небрежно сплюнул и добавил. - Козел захезаный!

- Кто козел? - вяло удивился Юра, но тот уже отвернулся от него и опять смотрел на Майю.

- Дверь отомкнула, я сказал!

Но девушка молча, упрямо помотала головой.

- Кто козел? - канючил из своего угла Юра. - Ты кого козлом назвал?

Но "браток" больше не обращал на него внимания, в упор, глядя на Майю.

- Ты чо не догоняешь? - спросил он уже свирепым тоном, нависая над ней и делая зверскую рожу. - Оборзела, что ли, сучка узкоглазая? Да я тебя!.. - он занес над ней руку со скрюченными пальцами.

Девушка не двинулась с места, только зажмурила глаза и вжалась спиной в дверь.

- Кто козел? - услышала она близко. И сразу же глухой стук и через секунду звук грузно рухнувшего тела. Майя осторожно открыла один глаз. От того, что она увидела, немедленно открылся второй глаз, и оба они полезли на лоб: Рыба лежал на полу и не подавал признаков жизни. Возле его бритой головы быстро растекалась лужица крови. Рядом валялся раскрывшийся пакет. Банки раскатились по всему полу. Над поверженным "братком" стоял Юра с бронзовым пестиком в руках. Он пошевелил тело носком ноги и констатировал:

- За козла ответил! - после этого, уронив пестик на пол, он опустился на корточки и начал шарить у него по карманам. Извлек маленький пакетик с белым порошком и, восторженно хрюкнув, поспешил к своему месту в углу. В буфете установилась жуткая тишина. Наконец, Майя пришла в себя. Она присела над "братком" и протянула руку к его шее, чтобы проверить пульс, как вдруг, тот внезапно дернулся. Девушка испуганно отпрянула и, не удержав равновесия, уселась на пол. Тело Рыбы продолжало дергаться еще несколько секунд, затем затихло. "Конвульсии..." - с ужасом поняла Майя.

- Кажется, умер! - сказала она вслух и подняла взгляд на окружающих. Женщины так и стояли возле буфетной стойки, с белыми лицами и распахнутыми настежь глазами.

- Убили!.. - наконец прошептала Варвара Петровна. - Убили! - заголосила она через несколько секунд и, ускоряясь, выскочила на кухню. Хлопнула входная дверь и стихла торопливая дробь шагов по лестнице.

- Готов? - уныло спросил прапорщик Николай.

Алексей Федорович, возящийся возле тела Рыбы, поднял на него глаза и молча кивнул.

- Ну и что тут произошло? - прапорщик начал нервно раскачиваться с пятки на носок, засунув большие пальцы рук за ремень.

- Этот, короче... - начал объяснять сержант, указывая на "братка". - Короче, продукты попер из буфета, - указующий перст переместился на валяющиеся банки. - Девка ему дорогу загородила, типа, не пущу и все такое. Ну, начались разборки! То - се... Хотел он ей, значит, навешать. Навешать, да! А тот... - он показал, на, заметно повеселевшего, Юрика, - по башке его отоварил, вот! Все.

- Этим? - прапорщик поддел носком ботинка окровавленный пестик.

- Этим, - согласно кивнул сержант. - Ну и проломил, значит, чердак. Тот и это... зажмурился.

- Что, из-за тушенки?

Сержант только пожал плечами и промолчал, дескать, что тут скажешь, слов нет.

- Да-а... - протянул Николай, - звереем походу! Сегодня из-за тушенки убиваем, а завтра что?.. из-за бычка недокуренного? - он повернулся к Юре, который с отсутствующим видом наблюдал за мизансценой. - Ты чего натворил, а?.. придурок? Совсем с катушек съехал?

- А чо он... - извиняющее монотонно загундосил Юрик, - еду взял, девок хватал... еще обзываться начал.

- Судак, ты белоглазый, обдолбаный! - констатировал милиционер и повернулся к, обступившим тело, представителям общественности. - Ну что делать будем, господа хорошие?

- Его, - Семенов кивнул на Юрика, - надо срочно изолировать. Есть куда?

- В кассу, - предложил Михаил Аркадьевич, - там двери железные, решетки.

- Так там же запор изнутри! - удивился Илья.

- Вот и хорошо! - сказал Семенов. - Спокойней будет! По крайней мере, дружки этого бывшего отморозка до него не доберутся. Что с ним делать потом решим, а пока есть проблема поважнее.

- Отведи, - кивнул Николай сержанту.

Тот подошел к Юрику и взял его за локоть. Парень послушно начал вставать. Светлана, которая до этого, с растерянным видом стояла рядом схватила его за другую руку, словно намереваясь удержать.

- Куда вы его? Что с ним будет? - и Юрику. - Ну, зачем ты это сделал? Пусть бы он подавился тушенкой, гад.

- Пошли! - дернул его сержант.

- Ладно, Свет, чего ты? - бормотал тот, осторожно забирая у девушки свою руку. Никакого раскаяния на его лице не было.

- Что?.. - поинтересовался прапорщик, глядя на его белый от порошка нос, - уже успел раскумариться, сволочь?

Юрик бессмысленно улыбнулся в ответ, очевидно, ему было хорошо.

- А где эта касса-то? - спросил сержант.

- Там, там! - замахали руками институтские.

- Пойдем, покажу! - заворковала Варвара Петровна и поспешила впереди них, бормоча:

- Убивец, прости меня Господи!.. сподобилась на старости лет, такое страстотерпие увидеть... - и еще что-то неразборчивое. Остальные институтские пошли за ними.

Семенов посмотрел им вслед и снял с ремня маленькую рацию.

- Славик! Славик... слышишь меня? Прием!

Рация тихо согласно зашипела в ответ.

- Короче, - продолжил Семенов, - хватай свою "Сайгу" и мой "Зауэр" и дуй сюда! Да, "помповуху" тоже захвати. Патроны?.. Картечь... да, правильно понял!.. Давай без вопросов, здесь все узнаешь! Быстрее! Нет, подожди, сперва... - дальнейшие слова были произнесены так тихо, что не разобрать.

- Что собрался делать? - тревожно оглянувшись, не слышит ли кто, спросил его Николай.

- Что, что... - повернулся к нему охотник. На лице его сияла довольная улыбка, словно он был рад происходящему. - По обстоятельствам будем действовать, браток, по обстоятельствам!

- По каким таким обстоятельствам? - прошипел прапорщик, спадая с лица. - Зачем тебе стволы? Ты что тут, войнушку собрался устроить? Ты прекращай, давай!

- Это ты прекращай!.. - лицо Семенова стало жестким. - Бздо свое прекращай! Ты что хочешь, чтоб уркаганы тебя за кадык взяли? Они могут! И, кстати, конкретно тебя любить-то им не за что! Вон посмотри на этого... - он показал на расписанное блатными татуировками тело Рыбы, и констатировал. - Хорош гусь! Такие тебя сожрут и не подавятся! Так что готовь пушку милиция, и радуйся, что я на твоей стороне. Сейчас наступит момент истины. "Калаш" твой, как? Не заржавел? - Семенов хохотнул и хлопнул прапорщика по плечу своей могучей рукой, так, что его заметно шатнуло.